Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
19:34 

А я взяла и защитила диплом.

Не удержалась от удовольствия в завершение выступления выразить благодарность своему настоящему научному руководителю, которого уволили год назад. И просто посмотреть на их лица в этот момент. Перекосило знатно.

Теперь ещё пару раз съездить — и можно будет больше не появляться там. К тому же выпускников теперь и не пускают, по новым правилам им нужно заказывать пропуск за 10 дней.

А меня уже ждут в другом месте. Это ли не счастье.

12:35 

Нас собираются ломать, и, похоже, единственная надежда — на то, что до выборов не успеют, а дальше просто забьют. Нет, я понимаю, что не забьют, и протесты все бесполезны, и это случится в довольно скором будущем. Просто вот это — первое, что я вижу, проснувшись. Каждый день. Всю мою жизнь.


И от мысли, что этого больше не будет, что дом, где я выросла, разломают, что эту берёзу срубят, что здесь будет мёртвый бетон, мне хочется идти убивать. Я-то выживу, я умею. А вот маму это всё может просто угробить. Ненавижу.

20:50 

Пришли результаты олимпиады: 100 баллов из 100 возможных. То есть фактически я уже поступила в магистратуру без экзаменов.

Казалось бы, отличная новость, радоваться надо. Как же. Это какая-то ошибка, это несправедливо, я не могла написать лучше, чем другие ребята из группы, я занимаю чужое место и к тому же всё равно не смогу учиться, потому что там сложно, а я тупая. Одновременно смотрю на себя со стороны, всё понимаю и бьюсь головой об стену. Но никак прекратить этот ад не могу. Вторые сутки плохо до слёз, тревожно и — почему-то — стыдно.

Господи, у меня в дипломе не будет ни единой четвёрки, причём по-честному. У меня должна быть интереснейшая работа по теме, о которой толком никто до сих пор не писал. Я действительно много всего знаю и неплохо соображаю. В конце концов, из нашего выпуска, кроме меня, только один человек собирается заниматься наукой, а не аукционами и арт-рынком.

Ну что за хрень-то?!

16:17 

Мда. Когда даже священник на исповеди советует идти лечить депрессию, наверное, что-то со мной всё-таки не так...

22:47 

Мне кажется, я скоро разучусь говорить. Каникулы, диплом, аллергия на мороз, серьёзных поводов выходить на улицу нет, желания — тем более. Робкие стремления хоть как-то вступить в контакт с окружающим миром — пообщаться, куда-то сходить, да хоть бы и сделать запись в дневнике или написать комментарий — упираются в вопрос «Зачем?», и убедительного ответа я не нахожу. Разговаривать тяжело: большинство тем для меня сейчас оказываются невыносимо скучны, я предполагаю, что собеседнику так же скучно то, что интересует меня, спрашиваю себя, кому вообще нужно моё мнение по какому-либо вопросу и стоит ли его озвучивать, и понимаю, что нет, не стоит.

Жутковатое состояние. Физически ощущаю, как раковинка закрывается всё дальше и дальше. Сначала общение с незнакомым человеком становится пыткой, потом не о чем говорить уже со знакомыми. Какая мне разница, как ведёт себя чья-то кошка? Зачем мне рассказывают случай из жизни чужого родственника? В ответ предполагается рассказ о моей собаке, но кому до неё есть дело? Неужели это может быть кому-то интересно? Зачем люди вообще разговаривают?..

Очень-очень плохо.

21:51 

Зашла я сегодня на кафедру — надо продлить пропуск в отдел рукописей. Прошу у тётечки-методиста письмо мне в Ленинку сделать, пишу ей на бумажке фамилию свою, курс, тему диплома, всё как обычно. Ну и куда нужно письмо: НИОР РГБ. А она мне говорит: расшифруйте. Ладно, думаю, действительно неочевидно, подписываю в скобочках: научно-исследовательский отдел рукописей.

А вот в дальнейший диалог мне самой верится с трудом. Я думала, такого не бывает. По крайней мере в университете.

— А РГБ — это что?
— Ну... Российская государственная библиотека... — вижу, что слышит человек это словосочетание в первый раз в жизни. — Ленинка. Бывшая Библиотека имени Ленина. Закрытый отдел рукописей там — в доме Пашкова располагается...
— Мне это ничего не говорит.

Вот так у меня начинается новый год.

21:23 

Ох, вот это меня накрыло... Такое количество потраченного в пустоту времени, такой уровень дилетантства и бездарности я выдерживаю уже с трудом. Факультет, ещё недавно прекрасный, вдохновляющий, в который я влюбилась с первого дня, превратился в трясину с лягушками. Посредственность торжествующая.

Больше всего потрясает, насколько стремительно всё обваливается. На днях по аудиториям стала ходить тётечка и предлагать купить у неё книги — «совсем дёшево, в магазинах вы таких цен не найдёте». Ещё вчера немыслимое, невозможное сегодня стало нормальным. И ведь это додуматься надо было, узнать откуда-то, что теперь — можно. Слетаются, как мухи на труп.

Не могу ничего делать. Поставила какую-то дурацкую игру, пару дней провела в ней, почти не вылезая. Мне очень давно не было так плохо.

16:02 

Вдоль улицы у собора у нас растут каштаны, целая аллея. Все пока ещё зелёные, осень только начинается, а одно дерево, видимо, болеет — листвы на нём практически нет. На голых ветках только колючие шарики и — в первый раз в жизни такое вижу — свечки цветов, как весной. Потеплением сейчас и не пахнет, да и цвели бы тогда все деревья, а не одно. Красиво, немного сюрреалистично и грустно. Похоже, что больше этот каштан уже не проснётся — и прощается так с этим миром. Цветами в сентябре.

Отвела крестника на катехизацию. Самая младшая группа, дошколята ещё, занятия пока в духе «Что такое природа? А вот солнце, деревья, море — кто всё это создал? Давайте поблагодарим Бога за мир вокруг нас». Думаю, как это здорово, наверное, когда такие простые вещи есть в жизни с самого детства, естественны и очевидны, к ним не надо пробираться многие годы вслепую, в тумане, падая, набивая шишки, делая по глупости кучу того, о чём потом будешь жалеть.

А дети рассказали, что листья опадают специально, чтобы мы понимали: пришла осень. И снег нужен именно для того, чтобы знать, что началась зима. Не исключаю, что правильна именно эта версия.

23:32 

Кажется, впервые у меня получается совместить разные круги общения.

С этим всегда были проблемы — из-за меня самой: я подстраивалась под окружающих, в семье была одной, с друзьями — другой, на работе или в институте — третьей. И эти вечные попытки что-то изобразить, создать определённое впечатление о себе приводили к тому, что одновременно общаться с представителями разных групп оказывалось очень трудно: или один, или другой шаблон ломался. Поэтому я всеми силами старалась таких ситуаций избежать, не допустить столкновения.

А потом мне надоело, и я решила, что кому не нравится — может отойти в сторонку и отвернуться. Тем более что за время затянувшейся года на три депрессии, когда я, кроме работы, из дома не выходила вообще никуда (а потом меня перевели на удалёнку, и выходить я перестала совсем), а с людьми разговаривать относительно свободно могла только после хорошей дозы алкоголя, абсолютное большинство знакомств было утрачено, рядом остались только несколько самых-самых близких друзей.

Поэтому, вытаскивая себя из болота за шкирку и заставляя заново поступать в институт, я сразу настраивалась на то, что словами «привет» и «пока» все мои коммуникации там и ограничатся — снова становиться удобной для окружающих не было ни сил, ни желания. Оказалось, что всё совсем не так плохо и людям может быть интересно со мной и просто так, без выстроенного фасада.

Удивлялась я этому долго, привыкала ещё дольше. А вот рискнуть и пригласить подругу извне пойти на открытую лекцию со мной и одногруппницей вместе — решилась только сейчас. И обнаружила, что в такой компании мне по-прежнему хорошо и комфортно, нет этого неудобства, дурацкого напряжения, неловкого молчания, как раньше.

Мне кажется это очень большой моей победой — над собой, конечно. А ещё свидетельством того, что я где-то на верном пути. Наконец-то на своём месте.



21:35 

С удивлением осознала, что причиной существенной доли моей весенней прокрастинации был компьютер. За стационаром я долго сидеть не могу: позвоночник замыкает, от этого выключаются мозги; да и сам ПК 2008 года выпуска не сказать чтобы способствовал продуктивной работе. А старый нетбук всё-таки был слишком маленьким — и тоже безбожно тормозил.

Недавно купленный новый — заметно шустрее и, главное, больше, хотя, казалось бы, 10 дюймов против 11,6 — невелика разница. Оказалось, велика: глаза практически не устают. И теперь я спокойно могу работать в кровати под одеялом, на подоконнике, на полу, завязавшись в узелок, где угодно и как угодно. Результат — двое суток не вылезаю из диплома и сделала приличный кусок.

Правда, есть побочные эффекты: только про диплом и хочется говорить — про псалмы, про иллюстрации, про скриптории. Карта Англии XI века на рабочем столе, на днях собираюсь её распечатать и повесить на стенку. Какая бы я, наверное, была сейчас счастливая, если бы институт остался таким же, как три года назад.

16:59 

Нет, я всё-таки ещё не совсем гуманитарий. Залитый чаем нетбук, кажется, вылечен впрыснутым под клавиши спиртом. Паника отменяется. Самым сложным оказалось найти спирт — его же теперь не купишь.

А перед тем как я это придумала, попыталась купить для планшета маленькую беспроводную клавиатуру — как временное решение проблемы. Клавиатуры эти почему-то упорно отказывались подключаться, понятно было, что дело в каких-то глубоких настройках, но в пяти разных местах продавцы после выполнения действий по инструкции и задумчивого созерцания меню рассказали мне, что с новыми планшетами всё прекрасно работает и нужно просто купить самую последнюю модель.

Грустно даже не то, что пытаются денег вытрясти, — к этому я как раз привыкла. Грустно полное отсутствие интереса: раньше такую ситуацию воспринимали как задачку, которую хочется решить. Сейчас никому это не надо, если что-то не работает — выброси и заведи новое. Технологии превращаются в магию, понять которую невозможно, да никто и не стремится.

19:03 

Здорово, что добралась до выставки: на удивление понравилось.

О художнике — Гелии Коржеве — я не знала ничего, кроме того, что это соцреализм. А соцреализм, как оказалось, бывает разный. Ни Сталина, ни съездов партии, ни даже заводских труб и рабочих. Сильные картины на военную тематику, неплохие бытовые, мощная серия о Дон Кихоте. Что важно, всё это выглядит искренним, я не заметила противоречий, как это было, например, у Александра Герасимова, у которого между «официальными» работами и тем, что делалось для себя, — огромный разрыв. Здесь этого нет — видимо, писал то, что считал правильным и нужным.

И в поздние годы, уже в 1990-е и 2000-е, обращается не к ностальгии или попыткам в том же советском стиле воспроизводить современную действительность, а к библейским темам. Уже в последнем зале нашла то, что зацепило по-настоящему. Не читая названия — «Лишённые рая», изображение с сюжетом не соотнесла бы ни за что. А когда прочитала, это стало потрясением.

Никогда раньше не задавалась очевидным вроде бы вопросом: любил ли Адам Еву?


16:54 

Два месяца прошло — и, кажется, меня начинает отпускать. Хочется читать, хочется что-то делать, даже ремонт вдруг сдвинулся с мёртвой точки.

Навожу везде порядок, разбираю старые завалы, выкидываю всё подряд. Вообще, очень чёткое ощущение перелома, окончания одного большого периода в жизни и начала другого, нового. Так оно и есть — по обстоятельствам и событиям, но и внутреннее состояние соответствует. Больше нет нужды тянуть за собой кучу лишнего.

12:39 

Забрала вчера диплом, во вторник повезу в магистратуру.

Будущее по-прежнему туманно. Мне рисуется вариант европейский: диссертации, библиотеки, преподавание, конференции. Здесь он практически невозможен, тем более для западника-медиевиста. Чтобы уехать, нужно очень-очень много сил, смелости, упорства — у меня их нет.

Впрочем, до сих пор выходы всегда находились. Может быть, и дальше сложится. Сейчас у меня есть лето, уютный шум дождя за окном — и больше ни о чём переживать пока я не могу и не хочу.

19:34 

А я взяла и защитила диплом.

Не удержалась от удовольствия в завершение выступления выразить благодарность своему настоящему научному руководителю, которого уволили год назад. И просто посмотреть на их лица в этот момент. Перекосило знатно.

Теперь ещё пару раз съездить — и можно будет больше не появляться там. К тому же выпускников теперь и не пускают, по новым правилам им нужно заказывать пропуск за 10 дней.

А меня уже ждут в другом месте. Это ли не счастье.

12:15 


Все в пижамках. Давид в пижамке, левиты в пижамках, даже колонны в пижамках. Италия, X век.

01:07 

Какой-то прямо-таки идеальный день получился. С утра была латынь в кафе у института, разбирали упоительнейшего Кассиодора, а у него Святой Дух, который утешает надеждой хрупкие сердца смертных, и прочая красота и поэзия; потом дошли до аудитории, выяснили, что занятий опять не будет, — и вернулись обратно. Итого пять часов латинского языка подряд — мечта, а не жизнь. А весь вечер просидела с дипломом, увлеклась, аж поужинать забыла. Вот всегда бы так, а...

21:41 

Вдруг начала думать о магистратуре — как рычажок в голове переключили. До этого упорно отмахивалась и откладывала на потом: посмотрим ближе к делу, наверное, нужно взять год паузы, подготовиться, да я же ничего не знаю... Обычно я так делаю, когда предчувствую, что обстоятельства сложатся не так и всё пойдёт совсем не по плану. А тут вдруг всё поменялось без видимых причин, и поступление стало восприниматься совершенно реальным. Интересно, какие где вероятности сошлись?

Оказалось, не так страшен чёрт, как его малюют. Для портфолио (вот выбрали словечко-то) у меня есть чуть ли не все из перечисленных пунктов. Нужно только английский подтянуть — давно уже нужно, много лет.

Упихиваю в неделю танцы, латынь, древнеанглийский и историю Англии на вечерних курсах, семинар в Вышке... Институт лишний: времени тратится неприлично много, а результат не то что нулевой — отрицательный. «Лекции» пытаются читать люди, которые с предметом знакомы в лучшем случае по статьям в «Википедии», получается у них блеяние и длинные фразы, состоящие практически исключительно из слов-паразитов, зато следить за посещениями они считают своим долгом. У меня никак не укладывается в голове, что анализ памятника преподавателем на лекции может звучать как «ну, ещё вот тут такой абстрактный такой орнамент, красивый такой».

Ещё немного, и начну вычёркивать дни в календаре, оставшиеся до выпуска.



11:55 

Сошествие Святого Духа на апостолов: голубя Десница держит за хвост. Коттонова псалтирь, середина XI века (British library, MS Cotton Tiberius C. VI, f. 15v).



23:11 

Вторую неделю практически все занятия отменяются: уволить-то преподавателей деканат сумел, а найти на их место и оформить новых — не успевает. Лекции читать некому; когда нормально начнётся семестр, никто не говорит; предупреждают об ещё одном выходном в лучшем случае вечером накануне. Один раз мне предложили позвонить часов в 12, чтобы узнать, нужно ли приезжать на пару, которая начинается в 14. Особенно это понравилось, думаю, тем, кто ездит из Подмосковья.

Всё это, а ещё серость за окном и холодрыга дома — вгоняет в тоску. Очень не хочется опять сваливаться в состояния, подозрительно напоминающие описание настоящей депрессии, когда не хочется вообще ничего, выйти из дома — подвиг, причём практически невыполнимый, закончившаяся в доме еда означает только то, что есть ты перестаёшь, а потолок оказывается зрелищем, которому спокойно можно посвятить несколько часов. Пока мне просто лень вылезать из-под тёплого одеяла и немного сложно планировать что-то даже на следующий день, но в прошлый раз, кажется, так это и начиналось.

Потихоньку ковыряю литературу к диплому — и постоянно удивляюсь, что я, оказывается, вполне способна читать, переводить, понимать текст на английском. Не просто текст — профессиональную литературу на английском. Очень много лет я жила в уверенности, что в плане языков я совершенно бездарна, ничего получиться у меня не может, пытаться даже и не стоит. А это всего лишь результат общения со школьной учительницей, которая могла орать и, например, бить особо нерадивых учеников словарём по голове. Кстати, это был единственный в моей жизни подобный опыт, со школой мне очень повезло, и больше никто и никогда такого себе не позволял. Наверное, потому этот опыт и оказался столь болезненным.

Ох, если бы можно было только дипломом и заниматься. Закопаться в рукописи и не вылезать до тепла.


Как помещён человек? – Как светильник на ветру

главная